Российский суд отправил шестерых крымских татар за решетку за “терроризм”, они заявили о преследовании по религиозному и национальному признаку

Южный окружной военный суд Ростова-на-Дону в РФ приговорил шестерых участников пятой Бахчисарайской группы “дела Хизб ут-Тахрир” к срокам от 15 до 19 лет колонии строгого режима за “терроризм” и “подготовку к свержению власти”.

Об этом пишет “Суспільне”.

Фигуранты пятой Бахчисарайской группы “дела Хизб ут-Тахрир”. Фото: Амина Сейтумерова

Руслан Асанов получил 19 лет в исправительной колонии строгого режима с отбыванием первых четырех лет в тюрьме, Рэмзи Ниметулаев — 18 лет с отбыванием первых четырех в тюрьме, Сейдамет Мустафаев, Эльдар Якубов, Абдулмеджит Сейтумеров и Аметхан Умеров — по 15 лет тюрьмы.

В последнем слове, которое взяли пятеро из “осужденных”, они заявили о преследовании по религиозному и национальному признаку. Ниметулаев выступать отказался.

Журналист Антон Наумлюк уточнил, что это уже пятая группа только из оккупированного Бахчисарая, всего же в этом “деле” отсидело и сидит более 120 крымских мусульман.

Он обнародовал отрывки из последних слов фигурантов дела в суде, а также рассказал о каждом из них.

“Сейдамет Мустафаев постоянно снимал для “Крымской солидарности”, мотался в Ростов на суды, несколько раз его задерживали и штрафовали. Это с ним мы грустно шутили после очередного обыска, что нам нужно сделать хорошие фото друг друга – когда-нибудь кого-то из нас задержат и будет чем проиллюстрировать новость”, – пишет Наумлюк.

В последнем слове после объявления “приговора”, крымский татарин отметил, что за каждым “делом”, рассматриваемым в российских судах, стоит не статья и не срок, а семья, которая так же, как и “осужденные” крымские татары, не совершала ничего противозаконного, но несет наказание.

Отец пятерых детей Аметхан Умеров был среди других крымских татар, которые летом 2019 года приехали из Крыма в Москву, чтобы на Красной площади протестовать против репрессий на оккупированном полуострове. Российские силовики настолько растерялись, что несколько десятков человек успели достать плакаты и постоять с ними, прежде чем всех задержали, пишет Наумлюк.

“Я… здесь не потому, что мне вменяется. Я… здесь за то, что не молчал, за то, что не остался в стороне от угнетенных. Я не террорист. Я сын народа, умеющего ждать. Вы называете это терроризмом, я называю это помощью тем, кто попал в беду. Вы называете это заговором, я называю это народным единством и любовью к своим братьям. Скоро придут времена, когда эти приговоры будет стыдно читать вслух. Я просто жду”, – сказал Умеров на суде.

Абдулмеджит Сейтумеров – третий арестованный сын в семье историка Шукри Сейтумерова. Двух из них уже “осудили”, сейчас срок получил и третий.

“Стабильно, каждые полгода в Крыму задерживают мусульман, приписывают участие в запрещенной организации, ссылаясь на скрытых свидетелей, экспертизы, аудио. Каждое дело является копией предыдущих дел. Через поиск якобы террористов органы показывают, что они работают, что проедают свой хлеб не зря. Таким образом зарабатывают звезды, новые чины”, – сказал Сейтумеров на суде.

Крымский татарин отметил, что из-за таких “уголовных дел” оккупанты посылают сигнал всему крымскотатарскому народу, чтобы “сидели тихо, соглашались на ассимиляцию, потерю своей идентичности, отказ от религии”. Иначе будут репрессии, показательные, с давлением на активистов, журналистов, деятелей, чтобы подавить любую активность.

Руслан Асанов подчеркнул, что крымскотатарский народ уже несколько столетий подвергается гонениям, убийствам и депортациям.

“В марте 2014 года, после силового захвата Крыма, мы, крымские татары, стали легкой мишенью для силовиков, которые получали звезды, премии и звания на разрушенных семьях и сломанных судьбах… До 2014 года я проживал в Крыму, под властью Украины, и не слышал о терроризме и экстермизме. А как только пришла Россия, вдруг это все появилось”, — сказал он.

Он подчеркнул, что в оккупированном Крыму проходят репрессии по национальному и религиозному признаку, а крымские татары – жертва этих репрессий.

Эльдар Якубов — отец шести детей, самый старшмй из осужденных.

“По обвинению в “терроризме” уже много людей из Крыма сидят в тюрьмах и СИЗО, есть такие, кто уже отбыл свои сроки и вернулся домой. Есть такие, кто умер в неволе, и так и не вернулся к своим семьям. Как-будто этого мало, начали сажать по обвинению в терроризме женщин мусульманок. То, что сейчас происходит в Крыму, – это преследование по религиозному и национальному признаку”, – заявил он в последнем слове.

Ремзи Ниметулаев – активист ОО “Крымская солидарность”: его, как и других, задерживали и арестовывали, прежде чем окончательно отправить под стражу в 2019 году.

Напомним, что 29 февраля 2024 года в четыре утра оккупационные силовики ворвались в дома ныне осужденных крымских татар, провели обыски, после чего задержали всех подозреваемых.

Пятеро мужчин – гражданские активисты и многодетные родители. Абдулмеджит Сейтумеров — родной брат политзаключенных из Бахчисарая Османа и Сейтумера Сейтумеровых, арестованных в марте 2020 года и приговоренных к 17 и 14 годам лишения свободы.

Всех шестерых неоднократно задерживали на акциях в поддержку других арестованных крымских татар.

Ниметулаева и Мустафаева арестовывали на несколько суток. Якубова судили за нарушение общественного порядка из-за массового пребывания граждан и штрафовали на 10 тысяч рублей. Умерова судили по той же статье и за невыполнение правил во время чрезвычайной ситуации или угрозы ее возникновения. Несколько суток он провел в спецприемнике.

В сентябре 2023 года старший “следователь по особо важным делам УФСБ” Виталий Власов отказал двум женам фигурантов “дела” в свиданиях с мужьями.

Ранее ZMINA сообщала о том, что оккупационные следователи в Крыму завершили досудебное следствие по так называемому первому женскому делу “Хизб ут-Тахрир” в отношении Насибы Саидовой, Эсмы Ниметулаевой, Февзие Османовой и Эльвизы Алиевой. В закрытом для слушателей режиме прошло предварительное судебное заседание в Южном окружном военном суде Ростова-на-Дону (РФ).

Женщины участвовали в нем по видеосвязи из следственного изолятора в Симферополе, но вскоре их должны этапировать в Россию.