Врачи мест несвободы должны подчиняться Минздраву – Лутковская

Дата: 21 July 2015
A+ A- Підписатися

Уполномоченный Верховной Рады по правам человека Валерия Лутковская сетует на отсутствие политической воли в реформировании оказания медицинской помощи в местах несвободы. Однако за отсутствие реформирования украинские граждане платят свои налоги, говорят правозащитники.

Об этом сообщает корреспондент Центра информации по правам человека.

У нас есть специальное законодательство, которое регулирует вопросы, каким образом должна предоставляться медицинская помощь в пенитенциарной службе, взаимодействуя с соответствующими управлениями здравоохранения. Но мы довольно часто фиксируем случаи, когда пенитенциарная служба обращается в соответствующее Управление здравоохранения, однако Управление уже в течение месяца не может определить клинику, в которой бы человеку оказали необходимую медицинскую помощь. Хотя эта медицинская помощь должна быть достаточно экстренной“, – говорит Валерия Лутковская.

По словам Омбудсмана, сегодня в украинской власти не существует политической воли, чтобы реформировать систему здравоохранения в местах несвободы.

О реформах мы говорим давно. Мы еще в 2014 году издали специальный доклад, который был направлен ​​в парламент в части того, каким образом обеспечивается право на медицинскую помощь в следственных изоляторах. И уже тогда начали говорить о том, что Минздрав наконец должен осуществить свою компетенцию полностью во всем государстве. Не существует политической воли в том, чтобы модернизировать медицинскую помощь в местах несвободы, реформировать ее, забрать ее в систему здравоохранения и сделать врача независимым“, – считает Валерия Лутковская.

Уполномоченный Верховной Рады по правам человека категорически настаивает на независимости врачей от администраций пенитенциарных заведений. Врачи, как правило, не фиксируют факты пыток или жестокого обращения, что делает невозможным дальнейшее расследование органами прокуратуры.

До тех пор, пока врач будет ходить в погонах, у меня будет возникать вопрос, что исполняет врач – свой долг, как врач, или приказ, который он получил, как человек, который носит погоны? Зачем создавать проблему, если те телесные повреждения, с которыми человек приехал, не тяжелые и можно их не фиксировать в медицинской карте! Но для прокуратуры, которая потом разбирается и с нашим ходатайством также по открытию уголовного производства в отношении пыток над человека – это обязательный и весомый факт. Без него уголовное производство открыто не будет“, – заключает Валерия Лутковская.

Представитель Уполномоченного по вопросам реализации национального превентивного механизма против пыток Юрий Белоусов убежден, что врачи пенитенциарной системы должны подчиняться Министерству здравоохранения.

Это ненормально, когда врач подчиняется начальнику колонии, зависит от него в отношении выплаты заработной платы, премирования, карьерного роста, еще и имеет определенное звание. Этот человек будет выполнять указания руководителя учреждения, а не руководствоваться международными стандартами и помнить о клятве Гиппократа“, – убежден Юрий Белоусов.

В качестве примера нарушений прав человека на медицинское обслуживание Юрий Белоусов вспоминает заявителя во Львовском следственном изоляторе. Мужчина, который имеет существенное заболевание позвоночника, выраженный болевой синдром, уже более года не получает медицинскую помощь.

Мужчине в Николаевском следственном изоляторе 18 июля 2014 года диагностировали перелом бедренной кости. Через десять дней врач-травматолог назначил оперативное лечение. А уже 2 июля 2015 года во время очередного осмотра врач-травматолог установил неправильно сросшийся перелом бедренной кости. “То есть человеку своевременно не оказали медицинскую помощь и кость срослась сама собой. Сейчас ее заново надо ломать“, – объясняет Юрий Белоусов.

Правозащитники Национального превентивного механизма (НПМ) и офис Уполномоченного регулярно акцентируют внимание на ненадлежащем лечении больных туберкулезом в учреждениях пенитанциарной системы.

Такие люди согласно нормативам должны лечиться в специализированных учреждениях Министерства здравоохранения. Следственные изоляторы не являются такими заведениями. Особенно, когда человек имеет заразную форму туберкулеза. То есть это угроза не только для него, но и для окружающих: для персонала, для родственников , которые приходят посещать“, – рассказывает Юрий Белоусов.

Так, например, в Артемовском следственном изоляторе в Донецкой области мониторы НПМ обнаружили более 30 человек с открытой формой туберкулеза, которых не доставляли на лечение в специализированные учреждения Минздрава.

Осужденный в Менской исправительной колонии умер из-за того, что врачи поздно диагностировали ему ВИЧ / СПИД.

Офис Уполномоченного даже имеет факты, когда тяжелобольных осужденных возвращают в места несвободы из ведомственных лечебных учреждений.

Несколько месяцев происходило согласование с центральным аппаратом для того, чтобы человека направили на лечение. Он прибывает, а сотрудники заставляют писать отказ и человека отправляют обратно. Это было, к примеру, в Темновской исправительной колонии №100 в Харьковской области“, – говорит Юрий Белоусов.

У Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ) существует четкая и развитая практика, согласно которой непредоставление адекватной медицинской помощи приравнивается к пыткам, говорит Валерия Лутковская. Поэтому Украина должна обращать особое внимание на нарушения прав человека на медицинское обслуживание в местах несвободы.

Поділитися:
Якщо ви знайшли помилку, виділіть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: