Сами себе государство: чего не хватает волонтерам?

Дата: 03 December 2015 Автор: Виктория Найденова
A+ A- Підписатися

#FeelYourRights

Новые реалии рождают новые явления и новые слова. Говорите, никогда у нас не было столько волонтеров? Но у нас и войны никогда не было.

Люди, которые делают невозможное, снова получили Волонтерскую премию от “Евромайдан SOS”. В этом году это Александр Чалапчий, который потерял во время боевых действий обе ноги, научился передвигаться на протезах и сейчас помогает армии и раненым бойцам. Координатор миссии “Черный тюльпан” Ярослав Жилкин, занимающийся поиском погибших бойцов – за год миссии удалось отыскать и эксгумировать 627 тел бойцов. Мария Берлинская, которая была добровольцем “Айдара”, а после возвращения из зоны боевых действий основала Центр поддержки аэроразведки, в котором прошли бесплатное обучение уже 9 групп специалистов. Евгения Закревская, адвокат семей Небесной сотни, которая следит за расследованием убийства активистов Майдана 18-20 февраля 2014 года.

И это только несколько человек из той армии, или социальной службы, или отдельного государства, образовавшаяся, когда “официальные” армия, соцслужба государство оказались в ступоре.

Премия – это символическая благодарность, попытка хоть как-то отметить все, что они сделали. Так благодарят живых и погибших бойцов, врачей, которые спасли жизнь… Многим из волонтеров, наверное, нужнее, чем премия, была бы конкретная помощь средствами или руками – но этой помощи будет больше и благодаря премии тоже. Это тот пиар, который не лишний, потому что волонтерство основано на доверии. Помогать будут тому, кого знают. И защищать тоже. Тем более, что есть от чего.

Прошлой зимой в пункт выдачи гуманитарки “Станции Харьков” поздно вечером ворвались пятеро молодых людей в балаклавах. Требовали от волонтеров объяснить их политическую позицию. До драки не дошло, отделались ссорой. В течение года в Украине произошло несколько пожаров в волонтерских пунктах, где помогали переселенцам и военным, последний случай – в Одессе, в конце ноября. В здании было около 10 пунктов различных организаций – все они съехались в одно здание после того, как пережили несколько терактов на предыдущих местах.

Появляется болезненный интерес и со стороны государственных структур. В последнее время подтянулись желающие поживиться воображаемыми волонтерскими “сверхприбылями”. Волонтерам вспоминают то, что деятельность их неофициальна, что можно при желании “накопать” и налоговые нарушения, и контрабанду, и шпионаж. Особенно на тех, кто невыгоден.

В конце октября у волонтеров днепропетровского “Фонда обороны страны” сотрудники Генпрокуратуры и СБУ провели обыски. До этого пресс-служба СБУ заявила, что фонд причастен к хищению средств, предназначенных для нужд военных. Волонтеры говорят, что аудит не проводился, претензий к ним нет, и хотят узнать, кто мог заказать обыски.

Волонтер фонда Наталья Хазан ездит в Киев то получить премию от “Евромайдан SOS” за участие в обустройстве пункта отдыха для бойцов на вокзале Днепропетровска, то рассказать на пресс-конференции об обысках, то сходить на допрос. Такая разнообразная жизнь. Она говорит, что основания для таких преследований есть – среди прочего волонтеры фактически проверяли, что из необходимого военным есть на складах Министерства обороны, и добивались выдачи этих вещей.

Обыскивают и давят и на других волонтеров, и на добровольцев тоже – и здесь уже больше похоже на системную “зачистку” активной части общества.

Инициатива “Евромайдан SOS” еще до вручения премии высказывалась по поводу волонтеров. Они вспомнили в своем заявлении и заинтересованность силовиков волонтерскими группами “Народный проект”, Армия SOS и ArmyHelp, и обыски в “Фонде обороны страны”. Активисты предупредили, что оставят свои текущие дела и начнут помогать волонтерам отстоять их права. Иначе незаметно могут вернуться времена, когда активная общественная деятельность была опасной.

Кстати, есть уже одно показательное дело, которое закончилось ничем. Харьковского волонтера, конструктора беспилотников Дмитрия Явдошенко Апелляционный суд Харьковской области освободил от наказания. Парню угрожало 2 года лишения свободы за уклонение от службы в армии. Он только просил об отсрочке призыва, чтобы закончить изготовление аппаратов, которых ждут на фронте. Но сработал формальный подход, и сначала никто не стал разбираться, где именно человек будет полезнее, никто не обратил внимания, что разведка – это едва ли не самое главное на фронте, это – сотни сохраненных жизней.

Стоит вспомнить, что слово “волонтер” означало раньше. Это же были преимущественно школьники и студенты, которые помогали во время массовых праздников – раздавали листовки, сопровождали зарубежных гостей. Во время “Евро-2012” их было особенно много.

А потом как-то сразу с десяток знакомых и сотни незнакомых людей либо вообще бросили свои дела, либо оставили для них значительно меньше времени, и пошли кто куда: одни – плести маскировочные сетки, другие – кормить, поселять и обучать переселенцев, третьи – поставлять лекарства, теплые вещи и запчасти для армии. Кстати, запчастями в Харькове, например, занимались девушки, которые раньше вообще не имели к этой сфере отношения. И впоследствии сами себе удивлялись, когда фактически сами “отремонтировали” первый танк.

Был период, когда к волонтерам присматривались. Чиновникам было непонятно, откуда вынырнули все эти люди. Случалось, что в неформальных беседах спрашивали их: “Так кто же вами, волонтерами, руководит? Нет, не верю, что никто. Ну скажи, от меня дальше не пойдет…“.

Потом их иногда стали использовать. Причем во время предвыборных кампаний – это еще полбеды. Это, в конце концов, классическая история, которой положить конец можно только изменениями в законодательство о выборах – когда будет политическая воля. Но вот вам ситуация: спонсор сначала предоставляет микроавтобус, на котором харьковские волонтеры развозят по всей области переселенцев во временное жилье. Затем, когда до выборов еще достаточно далеко, пытается сделать из волонтерской инициативы политическую партию. Когда это не удается сделать – микроавтобус забирает. Кому отомстил, вопрос?

А дальше уже был период, когда власть привыкла к деятельности волонтеров. Стало нормой во время официальных визитов первых лиц демонстрировать объекты и с гордостью докладывать, что оборудованы они с помощью волонтеров. Да на месте чиновника о таком лучше молчать и искать какую-то бумажку, чтобы написать заявление об отставке, потому что это приговор, на самом деле…

Сейчас волонтеры не критикуют – им просто некогда. Не просят о помощи от государства – просят хотя бы не мешать. Взрослому человеку не надо помогать идти, тем более – учить его этому, достаточно не ставить подножки. Но волонтеры для власти все равно неудобны – потому что способны справиться сами, без чиновников. Потому всем своим существованием задают вопрос: “А зачем ты нужно, государство?”.

Поділитися:
Якщо ви знайшли помилку, виділіть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: