“Слепым прыгать нельзя” – незрячим участницам FightForRight отказали в прыжках с парашютом

Дата: 06 October 2016 Автор: Анастасия Федченко
A+ A- Підписатися

Второе октября оказалось теплым и солнечным. Мы собираемся в Киеве возле станции метро Нивки, чтобы сесть в небольшой автобус и поехать на аэродром “Чайка”. Мы – участники информационной кампании FightForRight. Есть дерзкий, захватывающий и немного волнующий план, еще бы – впереди прыжок с парашютом. Впервые. Общество веселое и возбужденное, все шутят и с нетерпением ждут приключения. Единственное отличие от групп, которые часто встречаешь в городе, – едва ли не все в очках или с тростями, так как участники акции – в основном незрячие или имеют нарушения зрения. Единственная среди них со 100% зрением, вероятно, лишь я. Для меня это первый инклюзивный опыт, когда есть возможность своим прыжком с парашютом вместе с людьми с инвалидностью обратить внимание на то, что надо бороться за свои права, бороться всем вместе.

Рыжеволосая и стриженая под каре Марина Старусева специально приехала из Харькова, чтобы прыгнуть с парашютом. Говорит, что волнуется. С восторгом рассказывает, как участвовала в велопробеге, когда на тандемном велосипеде впереди управлял зрячий велосипедист, а позади Марина крутила педали. Так, вместе они проехали из Винницы (там женщина присоединилась к пробегу, стартовавшему из Львова) в Одессу. Марина вспоминает свое занятие по дайвингу: “Я различаю только свет и тени, но глубоко под водой представляла сказочные замки и принцесс в них, и все было цветным и радостным”. Женщина говорит – человек с нарушениями зрения вполне способен сам себя обеспечить. Так, как это делает сама Марина. “Я занимаюсь пучкоплетением. Мы с мамой выращиваем зелень – укроп, петрушку, рукколу. Я делаю из нее пучки, и так продаем на рынке”.

Юля Мостовая – журналистка и активистка. Стройная длинноволосая красавица носит темные очки, пользуется тростью. На акцию приехала с любимым, также незрячим. Слепота Юли – приобретенная, но она научилась с этим жить, работает, занимается спортом. “Если я буду просто сидеть без дела, энергия просто разорвет меня изнутри”, – говорит Мостовая.

Еще одна участница акции – Дарья Коржавина. Рыжеволосая женщина восторженно рассказывает о езде на велосипеде и признается: “Я боюсь прыгать с парашютом, но настраиваю себя на то, что все будет хорошо. Мама была в шоке, когда я рассказала ей об этом намерении”.

Дарья не раз сталкивалась с дискриминацией по инвалидности. Например, когда рожала дочь. Тогда, рассказывает, к ней в палату зашла врач и почему-то начала приветствовать ее маму, совсем не учитывая роженицу… А еще Дарья уверена: чтобы общество приняло людей с инвалидностью, самым людям с инвалидностью нужно быть более активными – надо “выходить в люди “, устраиваться на работу, бывать в кино, кафе…

Участницы акции FightForRright фотографируются на память, прежде чем зайти на территорию аэродрома. И именно там начинается самое интересное.

Все желающие прыгнуть с парашютом должны сначала заполнить заявление, в котором берут на себя ответственность за все риски, угрожающие их здоровью (незрячим девушкам помогают друзья), и с этим заявлением пройти медосмотр.

Врачи спрашивают о состоянии здоровья, перенесенные операции и лекарства, которые человек принимает постоянно, меряют давление, рост и вес, проверяют зрение. А еще крутят на специальном стуле, после которого нужно встать и дойти до двери. Для проверки ориентации в пространстве также заставляют присесть, коснуться с закрытыми глазами кончика носа. После этого на заявлении ставят печать “Допускается”. Девушки выходят из кабинета окрыленные – им позволили прыгнуть. Да, сказали врачи во время медосмотра. Ни одной не отказали или не стали предостерегать от возможных негативных последствий “такой” активности.

Но как оказалось… Ни одной участнице не позволили прыгнуть. Потому что перед печатным “Допускается” ручкой дописывали “Не” и дальше причина – “Нарушение остроты зрения”. (“Как может нарушиться то, чего не было?!” – несколько раз удивленно и возмущенно восклицает Дарья). Получается, что врачи пользовались тем, что участницы акции не смогут прочитать о своем недопуске и просто… врали им? Я даже не могу назвать это цинизмом, поскольку слово слишком слабое, чтобы описать эту ситуацию.

Наступает моя очередь проходить осмотр. В кабинете также нужно заполнить заявление, похожее по смыслу. Мне дают бумажку в руки и громко предупреждают, что могут ее зачитать в случае необходи… Я не даю договорить и говорю, что прекрасно вижу. Старший врач, которая сидит сбоку, пока младшая меряет давление, спрашивает: “Так вы с этой группой?”.

Отвечаю: “Да”.

Она тихо, но достаточно для того, чтобы я услышала, говорит: “Ну как так можно было?”.

Я игнорирую замечания и спрашиваю у младшей: “А незрячим разве нельзя прыгать с парашютом?”.

Она несколько раздраженно и агрессивно отвечает: “Вы же журналист? Значит, неслучайно здесь оказались”. (Перед медосмотром нужно показать документ, удостоверяющий личность. Я показала журналистское удостоверение). “Слепым прыгать нельзя. Обо всем спросите у организаторов, они знают причины”.

После всех проверок и признания того, что мое давление в норме, а к носу я могу коснуться обеими руками, мне дают разрешение на заявлении и, вынужденно улыбаясь, приглашают приходить еще.

Я выхожу в коридор и слышу оживленные обсуждения ситуации. Незрячие возмущаются, журналисты разочарованы, потому что телевизионной картинки не будет, охрана призывает репортеров не вестись на провокацию, поскольку именно так, проплаченной провокацией, называют желание людей с нарушением зрения совершить прыжок с парашютом.

В конце концов, выясняется, что допущены только двое: я и Наталья Гладких, у которой тоже есть нарушения зрения, но, по мнению медиков, достаточно зрения для того, чтобы прыгать.

Организатор акции FightForRright Юлия Сачук делает заявление перед журналистами, возмущаясь тем, что незрячие люди не могут получить услугу, доступную зрячим, и отношением администрации к участникам. Руководство аэродрома знало о группе незрячих заранее, возражений не было никаких. Появились они тогда, когда активисты уже приехали на место.

Журналистка одного из телеканалов постоянно спрашивает о безопасности участников, и девушки, которых не допустили, все как одна, говорят о том, что они вполне осознают, что знают о возможных рисках, и они одинаковы для всех людей, которые хотят прыгнуть с парашютом. А также добавляют: прецедентов, когда слепые занимались экстремальными видами спорта, в Украине и за рубежом – достаточно.

Никто из руководства аэроклуба “Чайка” к прессе не вышел…

В конце концов, мы с Наташей переодеваемся и проходим инструктаж, довольно простой. Это тандемный прыжок, в котором раскрывает парашют и руководит им опытный инструктор (у моего инструктора было более 5 тысяч прыжков). Он также дает тебе команды, когда и как сгибать руки или ноги, приземлением тоже руководит именно инструктор.

Мы садимся в самолет и медленно поднимаемся в небо перед закатом солнца. И видим из окон как дома, которые постепенно превращаются в домики, а затем – на еще меньшие, будто модели конструктора, коробочки на куске земли. Лес напоминает то ли траву, то ли зубную щетку, где каждое дерево – как маленькая щетинка, просто темно-зеленого цвета. А с высоты 4000 метров и эти щетки превращаются в лоскуты ткани, бархата или вельвета, а может, искусственного меха с ворсом. И весь тот кусок земли порезанный сосудами рек и дорог. И небо многослойное, как торт, где облака напоминают крем из взбитых сливок, а порой он напоминает палитру, где умелый художник небрежно разлив краски пастельных тонов – голубого, молочного, почти синего, розового, кораллового. Все это стоит того, чтобы его увидеть. Однако самое главное в прыжке – ощущение неба, и для этого глаза не нужны. Ты наполняешься резким ветром и холодом, пока сначала свободно падаешь, а затем, после раскрытия парашюта, медленно опускаешься, доверяешься невесомости.

Мы с Наташей приземляемся и долго не можем оправиться от впечатлений. “Я очень боялась и успокаивала себя только тем, что этот скачок только ради акции. Хочу напомнить обществу – люди с инвалидностью имеют такие же права, и должны иметь такие же возможности, как и люди без инвалидности”, – говорит активистка.

А для меня еще и эта акция была важна потому, что я впервые так близко увидела дискриминацию. Фактически – оказалась в ее эпицентре. И поняла, что нам всем нужно еще много работать над собой, чтобы принять людей с инвалидностью. И сейчас, спустя день после прыжка, я все еще думаю о том, что на самом деле парашют не опаснее передвижения по улицам без оборудованных звуковыми подсказчиками переходов, или по улицам с высокими бордюрами, или пользованием эскалаторами в метро и торговых центрах.

И еще одна мысль не дает мне покоя. Мы привыкли раз в 4 года гордиться достижениями украинских паралимпийцев, которые демонстрируют просто фантастические результаты, мы даже чуть ли не впервые столь массово встречали их в аэропорту “Борисполь”. Но мы ничего не знаем о тех кругах ада, которые нужно пройти людям с инвалидностью, чтобы просто выйти на улицу или воспользоваться услугами аптеки / кофейни / кинотеатра, чтобы устроиться на работу или получить надлежащую медицинскую помощь. И что хуже всего – предпочитаем об этом не знать…

И этот прыжок я посвящаю кампании FightForRight, ее координатору Юлии Сачук и трем девушкам – Юле, Марине и Дарье, которые так и не смогли прыгнуть. Спасибо, что подарили ощущение крыльев, и знаю – ваши полеты впереди.

Радио “Свобода”

Поділитися:
Якщо ви знайшли помилку, виділіть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: