“Дождь”: Разрешить нельзя запретить

Дата: 16 January 2017 Автор: Ирина Выртосу
A+ A- Підписатися

Запрет в Украине российского телеканала “Дождь” спровоцировал шквал вопросов. Можно ли прекращать лицензию телеканала, в рамках ли закона действовал Нацсовет, нет ли политических спекуляций?..

Мы собрали точки зрения правозащитников, журналистов, медиаюристов – выводы делать вам.

Напомним, решение об исключении телеканала “Дождь” из перечня иностранных программ, содержание которых не соответствует украинскому законодательству, было принято на заседании Национального совета Украины по вопросам телевидения и радиовещания 12 января.

Так, во время нескольких мониторингов эфира телеканала “Дождь” было зафиксировано нарушение требований законов “О телевидении и радиовещании” и “Об информации”.

В частности, транслировались сюжеты информации, которая свидетельствует о непризнании государственных границ и посягательстве на территориальную целостность Украины. Свидетельством этого является демонстрация в эфире и на сайте телеканала карт, на которых территория Крыма обозначена как составная часть территории Российской Федерации.

Также на протяжении всего 2016 года не раз фиксировали еще и нарушение телеканалом рекламного законодательства.

Собственно, об этом запрете “Дождю” сообщил представитель провайдера-партнера “Воля”, пишет на своей веб-странице сам телеканал.

С 16 января у операторов будет месяц, чтобы исключить канал из сетей.

“Мне очень жаль, что Нацсовет Украины принял такое решение”, – заявила гендиректор “Дождя” Наталья Синдеева. По ее словам, в соответствии с условиями договоров со всеми провайдерами в Украине вещание “Дождя” на всей территории страны осуществляется через IP-соединение без прямой коммерческой рекламы. Об этом было сообщено и Нацсовету еще 8 августа 2016 года, после чего претензий о несоответствии содержания телеканала украинскому законодательству “Дождь” не получал.

Также по словам Синдеевой, телеканал руководствуется российским законодательством при изображении карты России. “Согласно статье 65 Конституции Российской Федерации Республика Крым является субъектом Российской Федерации”, – уточнила Синдеева. “Надеюсь, что наш украинский зритель найдет возможность смотреть “Дождь” через наш сайт, наши программы в Smart TV и другие каналы дистрибуции”, – добавила гендиректор.

ЗАПРЕТ “ДОЖДЯ” – ЭТО ЦЕНЗУРА

Мэтью Шааф, директор представительства Freedom House в Украине:

Запрет трансляции телеканала “Дождь” – это цензура, ограничивающая доступ украинцев к выбору точек зрения.

Более того, этот запрет не имеет никакого смысла – люди, которые хотят получать информацию от телеканала “Дождь” или из России, найдут способ ее получать и дальше. Поэтому подобная цензура очень малоэффективна.

Это большая ошибка думать, что Украина сможет победить в “информационной войне”, действуя методами запретов или зеркально повторяя действия Кремля. Наоборот, очень важно знать и понимать, что думают и говорят люди в России, и по возможности влиять на этот дискурс.

Вместо того, чтобы просто изолировать украинцев от информации с РФ, власть должна направить свои усилия на развитие критического мышления и медиаграмотности, поддерживать качественный информационный продукт, плюрализм и свободную дискуссию в обществе.

Если изучить официальное заявление Нацсовета по этому поводу, то можно увидеть, что претензии к каналу – формальные и, по нашему мнению, не служат интересам украинского общества. Я уверен, что при желании можно было найти решение, при котором “Дождь” мог бы не нарушать ни украинское, ни российское законодательство. Особенно это касается блока замечаний относительно трансляции рекламы. Обвинения в нарушении других законов Украины еще нужно доказать.

В то время, когда российские войска занимают часть территории Украины, тем более важно, чтобы украинцы имели доступ к независимому освещению событий в России и позиции российских лидеров.

СВОБОДА СЛОВА НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ПРАВОМ, КОТОРОЕ НЕ ИМЕЕТ ОГРАНИЧЕНИЙ

Владимир Яворский, правозащитник

Руководство телеканала “Дождь” очевидно нарушало закон и правовых оснований закрыть трансляцию было больше, чем для закрытия РТР. Ничего не мешает им сделать адаптированную версию для Украины и Нацсовет выдаст им снова это разрешение.

Заявление Freedom House Ukraine о запрете трансляции в кабельных сетях Украины канала “Дождь” для меня странно по многим соображениям. Во-первых, оно совсем не касается юридической точки зрения дела, что удивительно для заявлений международных организаций. Но это понятно, потому что правовая точка зрения не на стороне подобных заявлений.

Во-вторых, заявление построено на одном тезисе, что это “ограничивает доступ украинцев к выбору точек зрения”.

Этот тезис, когда он один, выглядит безапелляционным и производит впечатление, что нельзя вообще ограничивать свободу слова, потому что любое ограничение свободы слова является ничем иным, как ограничением доступа к какой-то другой точке зрения.

Однако свобода слова не является правом, что не имеет ограничений. Она имеет достаточно много ограничений…

Примеров подобных ограничений, как в случае с каналом “Дождь”, существует множество в мировой практике. Например, запрет телеканала террористической организации “Хезболла” в мире. Конечно, я не сравниваю его с российским каналом “Дождь”.

Однако “Дождь” неоднократно распространял так называемую другую точку зрения боевиков на востоке Украины и тех, кто поддерживает захват Крыма. Фактически, он распространял не просто другую точку зрения, а точку зрения террористов. Я уже не говорю о коме многих других нарушений законов Украины…

ЗАБЫЛИ ОБ ИЗЫСКАННОСТИ

Евгений Глибовицкий, член Наблюдательного совета Нацсовета

По моему мнению, с телеканалом “Дождь” надо было поступать изысканнее: серия предупреждений с угрозой запрета имела бы больше влияния, чем отсекание запретом, что также означает, что Украина на их дискурс больше влияния не имеет. Мы забываем, такие решения играют в обе стороны. А если мы хотим перемен в России, то должны влиять и нам нужно было бы, чтобы украинская доля аудитории принуждала к осторожному поведению. В итоге владельцы “Дождя” сами выбрали свою судьбу, поэтому – проехали.

Сказав это, хочу пожелать Нацсовету такого же патриотизма и смелости относительно “Интера” и других игрушек олигархов. Легко быть патриотом в деле “Дождя”, за которым никто не стоит.

Или напомнить, что делается в FM эфире на Донбассе, где всякие “казаческие” радио и другие сепаратистские “мозгомойки” составляют непомерно большую угрозу чем “Дождь”, а в эфире с украинской стороны – музычка плюс Громадское радио вместо тщательно сконструированного пространства, где каждый игрок имеет свою просветительскую роль. Я знаю, что “нет простых решений”, я не вижу разработки сложных.

НАДО НАЙТИ БАЛАНС

Александр Бурмагин, независимый медиаэксперт

Найти баланс в этой ситуации практически невозможно. С одной стороны, свободный оборот информации без вмешательства государства гарантируют все международные стандарты.

С другой стороны, в Украине – война, и начиная с 2014-го года все упрекали и до сих пор упрекают органы государственной власти, что они беззубые против российской пропаганды.

Страна, признана Верховной Радой Украины агрессором, причастным к оккупации Автономной республики Крым и части Донецкой и Луганской областей использует все возможные пути для легитимизации собственных завоеваний. В том числе, упорно во всех подконтрольных СМИ отмечая, что Крым – это современная территория Российской Федерации. И телеканал, который в этом плане придерживается курса Кремля, вряд ли можно назвать “независимым”.

Слова же его руководителя о “соблюдении требований российского законодательства” выглядят смешно, потому что факт противоправности аннексии Крымского полуострова засвидетельствовали почти все существующие международные институты. На сегодня – это общеизвестный факт.

Так же и национальные государственные органы Украины, соблюдая нормы внутреннего законодательства, запретили трансляцию этого телеканала в стране.

Надо помнить, что гарантированные статьей 10 Конвенции о защите прав человека и основных свобод или другими международно-правовыми актами свободы в части распространения информации не являются абсолютными и в определенных случаях подлежат ограничениям.

Трансляция на территории воюющей страны силой захваченных территорий, как уже части другой страны, которая является агрессором в этой войне, по моему мнению, является достаточным основанием для ограничений телеканала.

Другое дело, насколько они пропорциональны и обоснованы.

Однако для этого надо изучить всю историю отношений между Нацсоветом и ТВ, предписания, предупреждения, продолжительность и т.д. Можно поставить этот вопрос перед судом. Ведь, действительно, запрет трансляции – это последняя и крайняя мера, которую может применить государственный орган к СМИ.

МЫ ИМЕЛИ ПРАВО ЗАКРЫТЬ “ДОЖДЬ”

Оксана Романюк, исполнительная директор Института массовой коммуникации

Мы имели право закрыть “Дождь”. Но надо делать это не внезапно и соотнести с потенциальным вредом для имиджа государства. Как минимум – подготовить нормальную аналитику, информационное пространство, дать понять, что мы здесь защищаемся, а не замыкаемся агрессивно в своей скорлупе. Если канал мониторился год, то где результаты?

У нас выглядит так, что “Дождь” три года показывал, что Крым – украинский, а тут в ноябре и в январе показал, что российский.

Аудитория “Дождя” в Украине – на уровне статистической погрешности, им самим она даже не интересна. Да и вещать они продолжат на SMART ТV и в интернете. Следовательно, резкое закрытие ничего особенно не изменило. Кроме того, что теперь государство Украина имеет “классный” имидж на международной арене.

ЕСЛИ ЕСТЬ СОМНЕНИЯ, НАДО ИДТИ В СУД

Александр Павличенко, эксперт Харьковской правозащитной группы

Пока не достаточно аргументов, безосновательно ли не продлили лицензию “Дождю”. Нацсовет работает в правовом поле и он должен руководствоваться определенными аргументами и определениями. И эти аргументы были. Поэтому нельзя говорить, что решение было безосновательно.

Понятно, что эти обвинения вызывают определенный политический контекст.

Национальный совет является в Украине тем регулятором, который должен отслеживать, насколько соблюдаются нормы действующего законодательства в телерадиокоммуникационной сфере. Если происходят такие нарушения, то соответственно применяются определенные санкции.

Важной здесь является пропорциональность: насколько оправдана санкция, которая лишает права трансляции “Дождя” на территории Украины.

Поэтому вместо того, чтобы давать оценку, насколько этот запрет является безосновательным, или нет, я бы придерживался позиции – что решение Нацсовета должно быть передано для рассмотрения в суде.

Это было бы корректно: когда суд будет иметь все факты и аргументы, которые он может учитывать, и давать оценку, примет решение о заключении Нацсовета.

Если регулятор нарушает нормы, то может быть решение суда, которое изменит эти нормы, или суд может способствовать изменению решения Нацсовета.

Я помню дело еще 90-х годов. Телерадиокомпания, которой руководил Сергей Шолох, так же действовала с нарушением прав, которые были указаны в лицензии. Но телекомпания в суде мотивировала отказ в продлении им лицензии на основании того, что решение было политически мотивированным.

Поэтому политический контекст не всегда является тем мотивирующим фактором, способствующим принятию решения. Нацсовет должен руководствоваться теми полномочиями, которые прописаны в его мандате, и это то, что он, думаю, делал.

Решение неоднозначно воспринимается обществом? Это всегда трудно – принимать такие решения, когда знаешь, что будет острая общественная реакция.

Вместе с тем Нацсовет должен очень четко аргументировать, почему он это делал. И, возможно, дать рекомендации, чтобы исправить ситуацию, чтобы она не повторялась в будущем.

Материал подготовила Ирина Выртосу 

Поділитися:
Якщо ви знайшли помилку, виділіть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: