Миссия Совета Европы в Крыму, дети в рядах “ДНР”, нарушение законов войны на Донбассе: обзор важнейших событий за неделю

Дата: 29 January 2016 Автор: Ирина Выртосу
A+ A- Підписатися

Совет Европы направил в Крым срочную миссию по правам человека

25 января Генеральный секретарь Совета Европы Турбьёрн Ягланд объявил о старте работы срочной миссии по правам человека в Крыму. Интрига возникла еще накануне, когда министр иностранных дел Украины Павел Климкин написал в своем twitter: “Работаем с другом Ягландом и его представителями для открытия оккупированного Крыма международным мониторинговым миссиям”. Но кто мог подумать, что уже на следующий день Страсбург выступит с официальным заявлением о начале работы наблюдателей.

Турбьёрн Ягланд, Фото: euroua.com

В свою очередь Москва поспешила заявить, что мониторы прибыли на оккупированный полуостров по официальному приглашению России. Якобы накануне заместитель министра иностранных дел России Григорий Карасин принял руководителя миссии, специального представителя генерального секретаря Совета Европы Жерара Штудмана. “Он (Штудман – ред.) прибыл по приглашению России с целью подготовки доклада о том, как выполняются обязательства РФ, вытекающие из Европейской конвенции о правах человека, в отношении населения Крыма, на которое в полной мере распространяется ее действие”, – заявили в российском МИД. Европейские чиновники эту информацию не опровергали. Стало быть, Россия действительно хочет показаться страной, заботящейся о соблюдении собственных обязательств по Европейской конвенции о правах человека и другим документам. Пикантности добавляет тот факт, что после оккупации полуострова Россия буквально выгнала оттуда все международные миссии. Ни ООН, ни ОБСЕ, ни другие структуры или неправительственные организации до сих пор не могут направить в Крым своих наблюдателей – не только потому, что это крайне небезопасно для них. В первую очередь, независимые мониторы не могут попасть на территорию Крыма из-за правовой коллизии: де-юре полуостров принадлежит Украине, и только она может дать разрешение на его посещение, но де-факто попасть на его территорию можно только по согласию Москвы, что, разумеется, неприемлемо для международных структур, считающих Крым частью Украины.

Весь объем работы взяли на себя украинские правозащитники, работающие на материке и получающие информацию из Крыма дистанционно. Отчеты Крымской полевой миссии по правам человека изобилуют грубыми нарушениями и серьезными преступлениями против международного права. Чуть ли не каждую неделю с полуострова поступают сообщения о насильственных исчезновениях крымских татар. Прокуратура Крыма расследует по меньшей мере 30 похищений. Совсем недавно стало известно о первом случае пыток со стороны ФСБ по отношению к похищенному крымскому татарину Эрвину Крошу в Джанкое, от которого требовали сотрудничества с силовиками.  От похищений не застрахованы даже дети – в середине января в Крыму исчезла 16-летняя крымская татарка Абдульазиз Разак.

 “Прокурор Республики Крым” Наталия Поклонская, Фото: ria.ru

Не менее тревожная информация поступает о судебных преследованиях на полуострове. Вошло в активную фазу рассмотрение “дела 26 февраля”, где фигурируют трое крымских татар – 15 января в суде им зачитали обвинительные выводы. В тот же день у здания суда силовики задержали крымскотатарского журналиста Эмиля Курбединова. Журналисты вызывают особенный интерес у российского ФСБ – свобода слова на полуострове фактически отсутствует, а нелояльные СМИ подвергаются преследованиям. Журналисты никак не могут добиться справедливости в деле крымскотатарского телеканала ATR, который вынужден был эвакуироваться на материк. Безуспешно пыталась привлечь к ответственности силовиков журналистка Лилия Буджурова, у которой ФСБ провела обыск. В целом в прошлом месяце правозащитники зафиксировали по меньшей мере 15 обысков в домах крымских татар и 14 судебных заседаний, фигурантами которых являются крымские татары.

Недавно правозащитники опубликовали обзор 28 “украинских дел” в России – среди них дела крымчан Олега Сенцова, Александра Кольченко, Геннадия Афанасьева, Алексея Чирния, Александра Костенко. Большинство из них признаны политическими заключенными. И все они, по многочисленным свидетельствам, подвергались пыткам, которые остались без расследования. У Костенко, например, есть все шансы получить инвалидность, ведь ему даже не предоставили медицинскую помощь. Недавно появилась информация, что ФСБ обязала почтальонов отслеживать личную корреспонденцию “экстремистов”.

Эта небольшая часть лишь недавних событий иллюстрируют нарушение Россией чуть ли не каждой статьи Европейской конвенции о правах человека (в частности, право на свободу и личную неприкосновенность, свободу перемещения, запрет пыток, право на справедливый суд, право на уважение к частной жизни, свободу слова и прочие), Конвенции ООН против пыток, Международного пакта о гражданских и политических правах, Европейских пенитенциарных правил и т.д.

Но есть и более серьезные нарушения, которые, не исключено, будут учтены во время международного расследования оккупации Крыма (как известно, Украина попросила Международный уголовный суд рассмотреть события во время аннексии полуострова и все последующие события). В частности, речь идет о военных преступлениях. В соответствии со ст. 8 Римского статута МУС любое из этих действий, совершенное во время оккупации, можно определить как наиболее тяжкое: пытки или бесчеловечное обращение; умышленное лишение военнопленного или другого охраняемого лица права на справедливое и нормальное судопроизводство; незаконная  депортация  или  перемещение  или незаконное лишение свободы; перемещение, прямо или косвенно, оккупирующей державой части  ее  собственного гражданского населения на оккупируемую ею территорию,  или депортация или перемещение населения оккупируемой территории или отдельных частей его в пределах или за пределы этой территории; посягательство на человеческое достоинство,  в частности оскорбительное и унижающее обращение.

Миссия Совета Европы, как ожидается, предоставит свой отчет в феврале-марте. Дадут ли мониторы подтверждение вышеизложенным фактам, и смогут ли они вообще получить доступ к необходимой информации – покажет время. Одно можно уже утверждать наверняка: независимая экспертиза на полуострове – это критично важный шаг на пути к защите гражданского населения под оккупацией и, будем надеется, к восстановлению справедливости.

“ДНР” вербует детей в диверсионно-разведывательные группы

На собственном интернет-ресурсе представители незаконного вооруженного формирования на Донбассе “ДНР” отчитались о достижениях “патриотического воспитания” молодежи.

Сегодня более 90 процентов мальчиков с 5 по 11 класс мечтают пойти воевать против Украины, глубоко осознавая, что могут не вернуться и остаться калеками. Большинство их них считают героями полевых командиров ДНР, которые плечом к плечу со своими солдатами защищают Республику”, – известили они, добавив, что проводят специальные тренировки для молодежи в рамках спецпрограмм ФСБ. Ранее боевики описывали создание детской организации «аналогичной советской пионерии», которую назвали “в честь вождя” лидера группировки Александра Захарченко – “Захаровцы”. Туда принимают детей от 11 до 14 лет. Старшим подросткам предлагают военизированную организацию – “Орлята”.

Орлята ДНР

Фото: dnr.one

Несовершеннолетних, судя по всему, учат свидетельствовать против родителей: “благодаря патриотическому воспитанию детей удалось раскрыть преступные, предательские действия многих родителей, которые занимались коррупцией, вредительством и прочими антигосударственными действиями”. Но более всего ужасает, что “орлята” стают полноценными комбатантами в диверсионно-разведывательных группах “ДНР”, о чем гордо сообщают авторы материала: “самые талантливые получаю статус “лисы”, который позволяет сформировать с такими же единомышленниками свою собственную разведывательно-диверсионную группу и начать воеватьВСУ каждый день получают “пламенный привет” от подрастающего поколения ДНР”.

Разумеется, это не первое сообщение о вербовке детей в ряды “ДНР”. Например, в июне специальная мониторинговая миссия ОБСЕ упоминала в отчете, что видела на блокпостах “ДНР” детей с оружием в руках. В этом неоднократно сознавались и лидеры организации, которые, судя по всему, очень гордятся этим фактом.

Эта  информация должна была серьезно обеспокоить Киев – ведь речь идет о нарушении Конвенции о правах ребенка. В феврале прошлого года в украинском парламенте зарегистрировали законопроект № 2146 , запрещающий вербовку и использование детей в военных действиях. В офисе Уполномоченного Верховной Радой по правам человека тогда сообщили, что у них нет зарегистрированных фактов вовлечения несовершеннолетних в незаконные вооруженные формирования, хотя заявления Захарченко об участии детей в войне звучали еще в 2014 году. Так или иначе, ощутимой реакции на информацию в СМИ так и не поступило, а Аксана Филипишина прямо заявила, что “это ответственность тех, кто вербует туда (в вооруженные формирования – ред.) детей”.

 Фото: dnr.one

Но никакой ответственности они не несут. Украина подписала ряд важных документов, обязывающих нашу страну защищать детей от участия в войне. Факультативный протокол к Конвенции о правах ребенка гласит: “государства-участники принимают все возможные меры для обеспечения того, чтобы военнослужащие их вооруженных сил, не достигшие 18-летнего возраста, не принимали прямого участия в военных действиях”;вооруженные группы, отличные от вооруженных сил государства, ни при каких обстоятельствах не должны вербовать или использовать в военных действиях лиц, не достигших 18-летнего возраста; “государства-участники принимают все возможные меры в целях предупреждения такой вербовки и использования, включая принятие правовых мер, необходимых для запрещения и криминализации такой практики”.

Римский статут Международного уголовного суда квалифицирует набор или вербовку детей в возрасте до пятнадцати лет в  состав национальных  вооруженных  сил  или  их  использование  для активного участия в боевых действиях” как военное преступление. Конвенция Международной организации труда о запрете и немедленной ликвидации худших форм детского труда определяет принудительную вербовку для участия в вооруженных конфликтах как одну из худших форм труда для ребенка (а также любую работу, которая угрожает его безопасности, здоровью и моральности). 

В то же время украинское национальное законодательство никак не регламентирует участие детей в войне и не наказывает за вербовку несовершеннолетних. При этом мы все еще обязаны выполнять наши международные обязательства и оберегать детей от использования в конфликтах – поскольку именно Украина, а не “ДНР” подписывала все вышеперечисленные документы, и именно Украина несет ответственность за всех малолетних жителей нашей страны.

Непонятно, почему за 2 года войны Украина все еще не криминализировала вербовку детей; почему не собрала и не представила адекватные данные о детях-комбатантах; почему ни один государственный институт не выступил с осуждением такой практики. Вряд ли все эти вопросы найдут ответы в скором будущем, ведь своим молчанием Киев фактически  посылает сигнал – эти дети “не на той стороне”, а поэтому охрана их детства – не наша проблема. 

Международные правозащитные организации представили свои годовые отчеты

Международные неправительственные организации Freedom House и Human Rights Watch представили свои годовые отчеты о ситуации с правами и свободами человека в мире. Конечно же, они не обошли стороной и Украину – по большей части, в контексте военных действий на Донбассе.

Freedom House оценил Украину как “частично свободную” страну, а оккупированный Крым – как “несвободный” (в паре с Россией). В своем отчете правозащитники посвятили Украине несколько абзацев, указав на пагубное влияние военной интервенции на Донбасс на экономику России, что усугубилось международными санкциями и падением цен на нефть. Россия, как говорят авторы отчета, очень боится “народных восстаний”, и поэтому использует весь потенциал своей пропагандисткой машины для подавления критики в свой адрес. Оппозиционно настроенные россияне сталкиваются с клеймом “предателей”, уезжают прочь из страны или оказываются за решеткой. Стоит отметить, что они с большим трудом могут найти убежище в Украине – в прошлом году, если верить данным миграционной службы, статус беженца в нашей стране получили лишь семеро россиян (из 79 попросивших убежища). Freedom House отмечает, что аннексированный Россией Крым, который был на заголовках всех мировых СМИ в 2014 году, сейчас “томится в статусе-кво”, а фактический российский контроль на Донбассе “консервирует” восток Украины в военном и экономическом плане.

Более красноречивый отчет предоставили в Human Rights Watch – правозащитники обвинили обе стороны конфликта в нарушении правил ведения войны, что можно расценивать как прямое приглашение прокуроров из Гааги заняться событиями на Донбассе.  В частности, правозащитники отмечают неизбирательные атаки, в результате которых погибали и получали ранения гражданские. Обе стороны применяли кассетные боеприпасы, настаивают они.

Законы войны, как известно, изложены по большей части в Женевских конвенциях. Дополнительный протокол к Женевской конвенции о защите жертв конфликтов гласит: “гражданское население как таковое, а также отдельные гражданские лица не должны являться объектом нападения. Запрещаются акты насилия или угрозы насилием, имеющие основной целью терроризировать гражданское население”; “запрещается использовать голод среди гражданского населения в качестве метода ведения военных действий. Поэтому запрещается в этих целях подвергать нападению, уничтожать, вывозить или приводить в негодность объекты, необходимые для выживания гражданского населения. Конвенция по кассетным боеприпасам требует от каждого государства-участника “никогда ни при каких обстоятельствах не применять кассетные боеприпасы”.

Фото: Human Rights Watch

В отчете указано, что обе стороны конфликта – правительственные войска и поддерживаемые Россией повстанцы – применяли пытки и бесчеловечное отношение к военнопленным, что запрещено не только Женевскими конвенциями, но и Конвенцией о правах человека. Не исключено, что именно эти обстоятельства являются причиной упорного нежелания Украины ратифицировать Римский статут Международного уголовного суда – ведь он прямо говорит, что серьезное нарушение Женевских конвенций – это военное преступление. Хотя с этой точки зрения такой отказ не имеет никакого смысла – ведь МУС уже расследует события в Украине, но нелепые попытки отделаться от международного правосудия, очевидно, имеют место быть.

Авторы отчета критикуют пропускную систему на Донбассе, указывая на то, что 5 миллионам жителей региона необходима гуманитарная помощь. Автомобильные колонны с грузами толпятся на двух пунктах пропуска, в то время как 3 миллиона людей не просто ждут эти грузы, а критически в них нуждаются. В частности, это ВИЧ-позитивные люди и наркозависимые пациенты.  Из-за ограничений на передвижение семьи не могут выехать из “ДНР” и “ЛНР”, стоя в бесконечных очередях (часто – под обстрелами). Из недавнего отчета Восток SОS следует, что ежедневно каждый из пяти пунктов пропуска должен обслужить около 2 тысяч человек, которые хотят пересечь линию разграничения. Существующую систему неоднократно критиковали мониторинговые миссии и правозащитники, указывая на ее бесполезность. Но правительство осталось глухо почти ко всем аргументам – за 2 года конфликта СБУ смогла лишь перевести получение разрешений в электронный формат, что, однако, не сильно сказалось на коррупции на КПП.

Не забыли авторы отчета упомянуть и другие серьезные нарушения, за который тоже взялся МУС. Массовые убийства во время протестов на Майдане остаются безнаказанными – Human Rights Watch напоминает, что Совет Международной консультативной группы Европы крайне скептически отнесся к прогрессу в расследовании преступлений ноября 2013 – февраля 2014 гг. Не вызывает оптимизма и ход расследования событий 2 мая 2014 года в Одессе, когда в результате столкновений между активистами Евромайдана и Антимайдана погибли 48 и получили ранения более 200 человек. Правоохранительные органы, говорят авторы, не хотят привлечь к ответственности виновных.

Фото: LB.ua

Однако правозащитники похвалили обращение Украины в МУС по поводу событий на Майдане, оккупации Крыма и военного конфликта на Донбассе, не забыв отметить его юридическую безграмотность. Тем не менее, Гаага согласилась рассмотреть все изложенные факты, что дает надежду на правосудие.  

Понравился авторам и закон, открывающий доступ к архивам КГБ.

Положение с правами человека на материковой части Украины несомненно лучше, чем в Крыму под российской оккупацией. Хотя украинское общество все еще не справилось со многими формами нетерпимости, положение на материке не “репрессивное”, как в Крыму, говорят в Human Rights Watch. Серьезные притеснения журналистов, крымских татар, гражданских активистов и просто проукраински настроенных людей  стали на полуострове повсеместной нормой.

И все же тот факт, что Россия и поддерживаемые ею силы позволяют себе более серьезные преступления, не должен означать индульгенцию для Киева. Европейские чиновники и международные организации неоднократно призывали все без исключения стороны конфликта соблюдать международное гуманитарное право, но украинское правительство часто не хочет даже слышать о преступлениях, совершенных под голубо-желтыми флагами.

Поділитися:
Якщо ви знайшли помилку, виділіть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: