Хочешь мира – плати штраф: как в Крыму преследуют тех, кто не одобряет российское вторжение в Украину

Дата: 04 May 2022 Автор: Артем Гиреев
A+ A- Підписатися

Практически сразу после полномасштабного начала военного вторжения в Украину, российские власти ввели беспрецедентные меры репрессий против тех, кто не считает войну хорошей затеей. Одним из ключевых инструментов в борьбе с противниками войны стала новая статья Кодекса об административных правонарушениях, которая предусматривает ответственность за дискредитацию российской армии.

Что запрещает данная статья и как новый инструмент давления на свободу слова используют на оккупированной территории Крыма, читайте в этом материале. 

Надпись “нет войне” на заборе в Крыму. Фото: Крымский процесс

Пацифизм под запретом

4 марта российские законодатели внесли поправки в Кодекс об административных правонарушениях, дополнив его статьей 20.3.3 “Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооруженных сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности или исполнения государственными органами Российской Федерации своих полномочий в указанных целях”. 

Как справедливо отметили в своих комментариях медиа-юристы Воронежского центра защиты прав СМИ, “из нормы не совсем понятно, что будут считать дискредитацией Вооруженных сил РФ, поэтому она может иметь максимально широкое толкование, и подтянуть под нее можно будет фактически любое несогласие с действиями ВС”.

Далее эксперты подчеркивают, что ответственность наступит не только за какие-то негативные комментарии в адрес российской армии, но и в принципе за использование слова “война”. Согласно быстро нарастающей практике, суды интерпретируют это слово с точки зрения российского закона “Об обороне”, определяющего правовой статус состояния войны. Поскольку такого правового статуса России сейчас нет, называние “спецоперации” войной российские суды расценивают как распространение ложных сведений с целью дискредитации вооруженных сил.  Более того, даже безадресные надписи пацифистского характера (типа “нет войне”) оказались под запретом, хотя никакой привязки к войне в Украине они могут и не иметь.

Крым не исключение

Согласно аналитического обзора инициативы “Крымский процесс”, на территории оккупированного полуострова непримиримая борьба с противниками войны стала разворачиваться с самых первых дней введения новой репрессивной нормы. Первый протокол составили уже через день после утверждения поправок. А за первые 40 дней с момента нападения российских войск в Крыму было составлено 36 административных протоколов по статье о дискредитации российской армии, при этом 35 из них закончились назначением административного наказания и только один вернули на доработку в полицию. 

По данным крымских правозащитников, на основании доступных для анализа документов и свидетельств можно сделать вывод, что среди форм “правонарушения” основную долю составляют публикации в социальных сетях разного рода материалов, а также “демонстрирование” плакатов с разного рода надписями. В тоже время авторы обзора отмечают, что помимо этого было как минимум 3 случая устного выражения антивоенных взглядов, за которые люди были оштрафованы, а также по меньшей мере один факт привлечения к ответственности за приватное сообщение в мессенджере, которое точно не могло иметь публичный характер. 

По факту местные “судьи” без особого разбирательства, механически утверждали протоколы полиции – даже в тех случаях, где объект правонарушения выглядит спорно или отсутствует состав правонарушения. Например, в “Центральном районном суде” Симферополя “судья” Сергей Деменок признал виновным мужчину за то, что тот стоял на обочине дороги с косой, к которой он прикрутил плакат “Кто со мной на Киевскую Русь?”. Где тут про действия российской армии и в чем ее дискредитация – большой вопрос. 

В другом случае известный крымскоатарский активист Заир Смедляев написал на своей фейсбук-странице короткий статус: “Сколько ещё должно погибнуть мирных жителей, женщин и новорождённых детей, чтобы мир начал отличать геноцид от хрен знает каких операций?”. Во время рассмотрения протокола Смедляев прямо заявил, что не имел ввиду под этой фразой действия российской армии и конкретно “спецоперацию” в Украине. Чтобы доказать обратное, суду как минимум стоило бы назначить лингвистическую экспертизу. Но этого не произошло, и “судья” Кристина Пикула фактически самостоятельно домыслила, что имел ввиду Смедляев при публикации этого статуса. 

Вообще, как отмечают правозащитники, ни в одном из доступных для анализа случаев не замечено желания суда проводить экспертизу. Более того, заявленные во время заседаний противоречия с содержанием админпротоколов не исследуются, а в некоторых случаях даже не отражаются в постановлении “суда”. Например, Валентина Шуман заявила, что никому не демонстрировала плакат с надписью “Нет войне”, поэтому ее действия не носили публичный характер. Однако ее позиция в постановлении суда не отражена. Как отмечается в обзоре, нежелание “судей” использовать все доступные средства для установления истины является характерным признаком нарушения стандартов непредвзятости и независимости правосудия. 

Без шансов на справедливость

На предвзятость также указывает и персональный состав “судей”, включенных в преследование противников войны. Из 24 “судей”, принимавших участие в рассмотрении данной категории дел, 13 – являются фигурантами уголовных дел по статье о госизмене в Украине. Довольно сомнительно, что кто-то из них сохраняет беспристрастность при рассмотрении дел в отношении людей, которые по сути за прекращение войны в Украине. А еще примечательно, что все апелляционные жалобы по данной статье в “Верховном суде Крыма” рассматривает “судья” Сергей Яковлев – также фигурант уголовного дела в Украине. 

Среди нарушения других стандартов доступа к справедливому правосудию правозащитники также выделяют отсутствие публичности судебных процессов этого типа. В 28 случаях информация на сайте суда о времени и месте заседания была обнародована несвоевременно, что исключало возможность для наблюдателей лично присутствовать на процессе. Показательно, что в среднем информация появлялась “задним числом” – на следующий день после рассмотрения административного дела. Однако отмечались и такие случаи, когда сведения на сайте суда появились через две недели после вынесения решения. При этом только 60 процентов постановлений опубликованы на сайтах судов. 

Также в обзоре отмечено отсутствия равенства сторон, поскольку крымские суды по административным правонарушениям упорно не желают обеспечивать участие стороны государственного обвинения. Судья сам и представляет доказательства вины привлекаемого, и взвешивает представленные им же аргументы. 

Преимущественно обвинительный уклон решений, тенденция к максимальному уровню административного наказания и общий характер нарушений стандартов доступа к справедливому правосудию – все это, по мнению инициативы “Крымский процесс”, является признаками политически мотивированного преследования.

“Судебные рассмотрения данной категории дел не имеют целью установление истины и профилактику правонарушений в сфере общественного обсуждения деятельности российских вооруженных сил и войны на территории Украины. Имеются основания утверждать, что норма статьи 20.3.3 КоАП на сегодняшний день является инструментом репрессий и подавления антивоенных настроений на территории Крыма”, – подытоживают крымские правозащитники.

Поділитися:
Якщо ви знайшли помилку, виділіть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: